Муниципальнное бюджетное учреждение культуры
«Красногорская  межпоселенческая центральная районная библиотека»

КРАСНОГОРСКАЯ
БИБЛИОТЕКА

ИЗ ШТРАФНИКОВ В ГЕРОИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Салют Победе на фронтоне рейхстага
Знаменитый снимок «Салют Победе на фронтоне рейхстага». Слева направо на переднем плане: В. Правоторов, И. Лысенко, Г. Булатов, С. Сорокин

В небольшом посёлке Красная Гора жил ветеран Великой Отечественной войны — Герой Советского Союза, участник взятия рейхстага — Иван Никифорович Лысенко. Иван Никифорович — ровесник Октябрьской ре­волюции. Родился в селе Кузнецы Брянской области в крестьянской семье. В шесть лет остался сиротой, его воспитывала тетка. После окончания четырёх клас­сов начальной школы он в 1929 году начал работать в местном колхозе.

«Мой отец умер, когда мне было всего шесть лет, — вспоминает Иван Никифорович. — Он, здоровый, креп­кий, сильный деревенский мужик, неожиданно заболел и сгорел буквально за несколько дней. Мать осталась с двумя детьми на руках: я дошкольник да сестрёнка младшая. Надо было что-то решать, помогать матери. Так, в возрасте двенадцати лет я пошёл работать в кол­хоз. Много нас тогда детей работало на колхозных полях. Школы побросали — не до того было. Об играх да забавах даже и не думали. Какие игры! Есть нечего...

Лысенко И.Н. во время войныЯ и пахал, и боронил, и сено возил, и торф заготав­ливал — много всякой работы делал. Был у меня друг, ровесник. Трудились вместе с ним на колхозных полях. Однажды мы поднимали с ним тяжёлую борону из земли, та упала и пробила моему товарищу ногу. На­сквозь. Кровь полилась ручьём. Л он взял горстку зем­ли, рану свою обильно ею посыпал и... дальше пошёл. И никакого воспаления, никаких признаков заражения. Вот какие раньше люди крепкие были!

Помню ещё, как работал на торфозаготовке. Вначале мы вручную срезали дёрн. Затем специаль­ными резцами нарезали торф. Размером брикеты были как хлеб, который раньше выпекали большими буханками на развес. Мы выносили торф, складыва­ли на поддоны, сушили. Л потом кусочки, которые отламывались от брикетов, размешивали и топ­тали ногами. К вечеру мы были испачканные, как черти!

С продуктами в то время было очень плохо. Порой «сидели» на одной мороженой картошке да солёных огурцах. А иногда и этого не было... Правда, от голода в нашем селе никто не умер. Хоть и плохи дела были, но соседи друг друга не бросали: те, кто побогаче, прино­сили еду совсем бедным. Выживали, как могли.

В селе Кузнецы до войны было около ста дворов. И в каждой семье самое малое — пять детей. За редким исключением меньше. Иногда, бывало, нарвёшь в поле колосков, обожжёшь «усы» на костре и ешь. И зерно это вкусное было, спелое, мягкое. Вроде перекусил и сыт...»

Позднее именно по печально известному сталин­скому закону о «трёх колосках» Иван Никифорович Лысенко в шестнадцать лет был приговорён к десяти годам лишения свободы и отправлен на лесоповал в Соловецкие лагеря.

«ТОЛЬКО ЗУБАМИ СКРИПЕЛ...»

С момента образования и до последнего дня своего существования Соловецкий лагерь особого назначения отличался особенно жестоким режимом. Истязания за­ключённых были обыденным делом. Историки утверж­дают, что в лагере существовала практика наказания тяжким и бессмысленным трудом. За мелкие провин­ности, а порой и просто для развлечения, арестантов жестоко избивали, заставляли пригоршнями перено­сить воду из одной проруби в другую, перекатывать с места на место многотонные валуны, зимой на морс­ком берегу полураздетыми громко и до изнеможения «считать чаек». А ещё зимой провинившихся обливали на улице холодной водой, ставили голыми в «стойку» на снег, опускали в прорубь или же в одном белье по­мещали в карцер — неотапливаемый дощатый сарай. Летом, бывало, раздетых узников привязывали на ночь к дереву. Называлось это «ставить на комара», что в ус­ловиях Приполярья означает медленное умерщвление.

Иван Лысенко пробыл на Соловках около трёх лет. И вышел, попав под амнистию. Никогда впоследствии он не рассказывал об этом страшном эпизоде в своей жизни. «А если и спрашивали его про Соловки, — рас­сказывает дочь Екатерина Ивановна, — отец молчал в ответ и только зубами скрипел...»

ЖИЗНЬ В ОККУПАЦИИ

Герой войны с семьёй. Слева направо: сестра Екатерина, тетушка Евдокия, пемянница, дочь Дуняша и супруга Татьяна. 1946 год
Герой войны с семьёй. Слева направо: сестра Екатерина, тетушка Евдокия, пемянница, дочь Дуняша и супруга Татьяна. 1946 год

После освобождения Иван Никифорович вернулся в родные Кузнецы. Жизнь начиналась заново. Во вся­ком случае так казалось... В 1940 году он женился на красавице односельчанке Татьяне, к августу 1941-го супруги ждали первенца.

Началась война, и уже на следующий день после её официального объявления Иван Лысенко пришёл в гордеевский военкомат и попросился на фронт. Но в воен­комате подняли документы, в которых было сказано: «К строевой службе негоден». Никакие уговоры не подейс­твовали, и Иван Никифорович вернулся в родное село.

«Мужчин во время оккупации в деревне осталось мало, и нам, немногим, приходилась выполнять са­мую тяжёлую работу на полях. Мы продолжали пахать землю, выращивали хлеб. Проходили по на­шим землям и немцы, и партизаны, — рассказывает Иван Никифорович. — Когда впервые в село пришли фашистские войска, мужчины спрятались в лесу, а женщины с детьми остались в домах. Моя старшая дочь Евдокия родилась 10 августа 1941 года, в начале войны она была совсем младенцем. Колясок и крова­ток тогда не было, и Дуся спала в люльке, привязан­ной к потолку. Немцы ходили по домам. Когда один из солдат зашёл в нашу хату, он посмотрел на ребён­ка и сказал на ломаном русском: «Ой, матка, какой ребёнок у тебя худенький! Надо кормить...» Из свое­го рюкзака он достал прозрачную бутылку с густой розовой жидкостью и протянул жене. В бутылке был какой-то заграничный напиток со вкусом малины. Немец осмотрел дом и вышел. Татьяна с ребёнком в испуге выбежала в огород и спряталась в высоких кустах кукурузы. И только когда стемнело, вернулась в хату. «Оккупантский подарок» вылили, конечно...

Был и другой случай, о котором не забывали дере­венские жители даже после войны. Фашисты зашли в дом к нашей соседке, потребовали принести молока и яиц. Женщина она была очень красивая. Отец её был монголом по происхождению, и в наследство от него достался красавице восточный разрез глаз и чёрные как смоль волосы. Носила она всегда расшитые рубаш­ки и яркие бусы. Смелая была очень! Когда фашист направил на неё автомат и сказал: «Матка, млеко, матка, яйки», она закивала, мол, сейчас принесу. Он опустил автомат, она говорит: «Обойдёшься без мо­лочка, пан!» Он опять навёл на неё оружие, она отве­тила: «Несу, несу!» — но с места не сдвинулась. Немец рассердился и зло прорычал: «Шутишь, матка? Рас­стреляю!» Пришлось ей выполнить приказание. И всё же история это вошла в число деревенских легенд.

Партизаны тоже приходили, звали в отряд. Я от­казался. В деревне мужиков не хватало — нужны были рабочие руки».

ИСКУПИЛ ВИНУ КРОВЬЮ. ТРИЖДЫ!

В конце сентября 1943 года, когда фашисты были изгнаны с брянской земли, Иван Никифорович сно­ва пришёл в военкомат с заявлением об отправке на фронт. Теперь отметка «К строевой службе негоден» значения уже не имела. Рядовому Лысенко выдали ору­жие и отправили в штрафной батальон.

Многие из таких призывников, переживших окку­пацию, боевое крещение получали, считай, по соседс­тву с родным домом — на Шмельщине при форсиро­вании Сожа. Наш земляк несколько раз участвовал в разведке боем, чтобы захватить «языка». В одном из та­ких боёв был ранен. Через несколько дней командова­ние, узнав, что совсем недалеко располагается его род­ная деревня Кузнецы, отправили долечиваться домой.

На материнских харчах, хотя их было негусто в большой семье, боец быстро вылечился от ранения и отправился в военкомат. Теперь Ивана Лысенко, «кро­вью искупившего вину перед государством», зачисли­ли разведчиком 674-го стрелкового полка 150-й Идрицкой стрелковой дивизии 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта.

«Наш штрафной батальон сразу же бросили в са­мое пекло. Живыми из боя выходили единицы, — вспо­минает Иван Никифорович. — Вы спросите, что са­мое страшное на войне? Отвечу: могилы. Трупов было столько, что мы по ним практически шли...

Вообще, я был сильный, здоровый. Куда приказы­вали, туда и шёл. Был готов выполнить любое зада­ние командования. Это ведь война: либо мы их, либо они нас. Пуль не боялся. За всю войну у меня было три ранения: сквозное в пах, в руку и в шею. Кости, поз­воночник, артерии, жизненно важные органы заде­ты не были. Подлечившись, я возвращался в строй. А смерть... она была повсюду».

с однополчанами в конце войныОднажды, продвигаясь вперёд, Лысенко обогнул небольшую высоту, и тут лицом к лицу столкнулся с большой группой немцев. С Иваном Никифоровичем был ручной пулемёт. Из него наш земляк и дал первую пулемётную очередь. Залёг. И вновь открыл огонь. Вра­жеская пуля обожгла руку. Но Лысенко, казалось, не чувствовал боли. Впереди — враги! И он всё стрелял, пока не пришли на помощь товарищи.

Или другая история. Командиру разведгруппы Ива­ну Лысенко было поручено вывести в тыл к немцам наш батальон. Иван Никифорович дважды прошёл тот путь, которым собирался вести бойцов. Он знал: враг может беспрепятственно пропустить группу солдат, чтобы потом захлопнуть ловушку. Но не удалось фа­шистам перехитрить наших разведчиков, группа до­шла до места назначения в полном составе.

За свои боевые подвиги при освобождении При­балтийских республик Иван Лысенко был награждён орденом Красной Звезды, медалью «За отвагу».

ДВА ПОДВИГА В ОДНОМ БОЮ

Наступление наших войск продолжалось. День за днём под градом пуль советские войска приближались к главному логову фашистов. Немцы уже чувствовали обречённость, сражались отчаянно за каждый дом, улицу. Рано утром 30 апреля начался штурм послед­него оплота гитлеровцев — рейхстага. Подразделения полка, в котором служил Лысенко, подошли к каналу, преградившему путь к рейхстагу. Но дальше двигаться не смогли — сплошная стена огня. Руководство полка решило создать штурмовую группу во главе с лейте­нантом Сорокиным.

Из воспоминаний участника знаменитого штурма Степана Орешко: «Утром к нам, разведчикам, пришёл сам комполка подполковник Плеходанов с замполи­том майором Субботиным.

На сегодня, бойцы, назначен штурм логова, — кивнул комполка. — Девяти штурмовым отрядам вме­нена задача водрузить над рейхстагом победные зна­мёна военного совета армии. Нашему — нет, будем прикрывать знаменосцев, расчищать им путь наверх.

Ну а если мы со своим знаменем первыми про­рвёмся — разве осудят? — спросил из строя разведчи­ков парторг Виктор Правоторов.

Думаю, что нет, — ответил Плеходанов.

В тринадцать часов начался массированный артоб­стрел рейхстага, и после него в атаку ринулись штур­мовые отряды».

Под прикрытием подразделений полка группе уда­лось пробиться к рейхстагу, выбить фашистов с перво­го этажа, но и на втором оказалось много гитлеровцев. Их стрельба из автоматов, взрывы гранат не прекра­щались ни на секунду, но всё-таки солдатам из груп­пы Сорокина удалось вывесить на здании рейхстага красный флаг. Едва получилось сделать это, как Соро­кин приказал Ивану Никифоровичу: «Лысенко, возьми пару солдат и спустись на первый этаж, там снова хо­зяйничают фашисты. Ваша задача — выбить их отту­да». Нелёгкая задача для четверых солдат. Хотя всего час назад они же с боем захватили эту часть первого этажа. Но опытные разведчики тут же сориентирова­лись: двое прямо с лестничной клетки расстреляли фа­шистов, а двое других пробили себе путь гранатой.

Лысенко, как старший группы, решил проверить весь отсек первого этажа. В одной из комнат обнару­жили дверь, ведущую в подвальное помещение. Насто­рожились, резко распахнули дверь и при свете свечей увидели несколько испуганных немецких офицеров. После команды Лысенко «Руки вверх!» они мгновенно подчинились советским солдатам. Пленниками оказа­лись два фашистских генерала с адъютантами. Их надо было срочно доставить к командованию. Но как это сделать? Кругом стреляют, рвутся гранаты...

Под конвоем где короткими перебежками, а где и по-пластунски пленные были доставлены в штаб полка. Выслушав короткий доклад Лысенко, коман­дир полка Плеходанов и его заместитель Субботин тут же связались с командиром дивизии Шатиловым, который приказал немедленно доставить пленных к нему. Подполковник Плеходанов поблагодарил Лысенко и его товарищей: «Молодцы! Два подвига в одном бою — прорвались в рейхстаг и пленили двух генералов».

Так простой русский мужик Иван Никифорович Лысенко вновь отличился. Вскоре об этом появилось сообщение Совинформбюро. А на следующий день в полк, в котором служил Иван Никифорович, нагряну­ли журналисты, кинооператоры с известным режис­сёром Романом Карменом. Они долго «допрашивали» Лысенко, фотографировали. Корреспондент газеты «Правда» сделал знаменитый снимок под названием «Салют Победы», который был опубликован во мно­гих газетах мира. Под этим снимком было написано: «Салют Победе на фронтоне рейхстага. Слева направо на переднем плане: В.Н. Правоторов, И.Н. Лысенко, Г.П. Булатов, С.Е. Сорокин...».

ВИДЕНИЕ НАКАНУНЕ ВЗЯТИЯ РЕЙХСТАГА

«Когда освобождали Германию запомнился один эпизод, — поделился с «Брянской ТЕМОЙ» Иван Ники­форович. — Мы заходили в дома и видели, как немки готовились принять смерть. Они сидели, не шелох­нувшись в углу комнаты, нарядно одетые, не говоря ни слова и не сопротивляясь. Мы успокаивали: «Не бой­тесь, мы вас не тронем». Проверяли дома и шли даль­ше. Гордые женщины! Хотели умереть красивыми! Они очень боялись русских. Не знали, чего от нас мож­но ожидать. Их мужей тоже отправили на фронт, многие из них погибли. Жители Германии, как и мы, устали от войны...

Кстати, пока наши войска находились в Германии, немецкие женщины охотно делились продуктами с советскими солдатами, подкармливали нас. А иног­да мы и сами добывали себе провизию — в окрест­ностях Берлина было много заброшенных домов. Мы спускались в подвалы, находили там разнообразные вина, продукты. Многие жители Германии уходили из своих домов, оставляя всё своё имущество на произ­вол судьбы.

Накануне взятия рейхстага мне приснился сон, будто я переплываю канал и неожиданно попадаю в бункер или какое-то подземелье. И плыву, плыву, плы­ву... А потом вижу, как навстречу мне по воде движет­ся икона Божьей Матери. Я начинаю стрелять по ней из автомата, долго стреляю, в несколько очередей, а она не тонет.

Проснулся я в страхе. Господи, чтобы это могло означать? Может, дурное предзнаменование? Я рас­сказал свой сон нашему повару, на что тот ответил: «Иван, ты пройдёшь всю войну, останешься жив и в итоге получишь высокую награду». В ту ночь мы ещё не знали, что Гитлер будет уничтожен, что совсем скоро война закончится и наступит мирная жизнь... Обидно было, когда во время взятия рейхстага погибали наши солдаты. А ведь много ребят погибло в тот день. Вот так: войну прошли и умерли в самом её финале».

Встреча участников взятия рейхстага в Москве 15 декабря 1974 года. Справа налево: Семён Сорокин, Иван Лысенко и брат Виктора Правоторова — Алексей
Встреча участников взятия рейхстага в Москве 15 декабря 1974 года. Справа налево: Семён Сорокин, Иван Лысенко и брат Виктора Правоторова — Алексей

В ноябре 1945 года Иван Никифорович демоби­лизовался и по предложению командования полка поехал на Украину восстанавливать разрушенные фа­шистами шахты. Но человека, с детства приученного к земле, тянуло домой, в родное село, и он вернулся в Кузнецы.

«Я отправился в Кузнецы, чтобы забрать жену с дочкой на Украину, — вспоминает Лысенко. — Но Та­тьяна сказала, что никуда не уедет из родного села. А куда мне без родных? Не стал я возвращаться на шахты.

Ещё по пути домой мне встретился один мой при­ятель из Кузнецов. Первые слова, которые я от него услышал, были такими: «Ну что, Иван, ты теперь герой...» Я удивился: «Все, кто прошёл войну, герои. И я ничем от других не отличаюсь». В ответ он восклик­нул: «Как? Ты ещё не знаешь? Тебе же присвоили звание Героя Советского Союза! Недавно собственными гла­зами видел заметку в газете!» Вот те раз, думаю, прав был повар...

Через пару дней после приезда отправился я в Гордеевку, нашёл ту газетку, где было написано: «Ука­зом Президиума Верховного Совета СССР от 15 мая 1946 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом геройство и мужество старшему сержанту Лысенко Ивану Никифоровичу присвоено звание Героя Советского Со­юза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Так я получил сообщение о высокой награде».

наградный листокИз наградного листа Ивана Лысенко: «В боях 16.04.1945 года при прорыве обороны противника с плацдарма на западном берегу реки Одер в районе Грос Нойендорфа тов. Лысенко в числе штурмовой группы первом ворвался в траншею противника, в упор расстрелял расчёт немецкого крупнокалибер­ного пулемёта и, захватив пулемёт, открыл интен­сивный огонь по отступающему врагу. Ломая ожес­точённое сопротивление, группа вышла к каналу Фридландерштром. Используя исключительно вы­годную местность, немцы пытались приостановить наше продвижение, группе было приказано пере­правиться через канал, захватить на западном берегу плацдарм и обеспечить переправу основных сил пол­ка. Под ливнем свинца вплавь тов. Лысенко одним из первых достиг западного берега канала, прикрываясь гранатным огнём, стремительным броском ворвался в немецкую траншею.

Немецкий офицер — командир зенитного орудия, действующего по прямой наводке, дважды почти в упор стрелял в тов. Лысенко из пистолета, но не дано было умереть герою. Подмоченный автомат тов. Лы­сенко отказал, в какое-то мгновение он прикладом разбил голову немецкому офицеру. В стане врага под­нялась паника. Момент был использован. Через канал переправились ещё несколько наших групп.

30 апреля 1945 года в 14 часов тов. Лысенко первым ворвался в здание рейхстага, гранатным огнём истре­бил более 20 немецких солдат, достиг второго этажа и водрузил знамя победы.

За проявленное геройство и мужество в бою досто­ин присвоения звания Герой Советского Союза.

Командир 674-го стрелкового полка подполковник Плеходанов».

Только вот не пришлось беспартийному старшему сержанту, пережившему Соловецкие лагеря, оккупа­цию и штрафбат стать всенародно любимым героем, как товарищи Егоров и Кантария...

ГЕРОЙ С  УЛИЦЫ ЛЫСЕНКО

награды«Отец никогда не кичился своими наградами, — вспоминает дочка героя Екатерина Ивановна, — всегда помогал людям. На войне погибло более 180 жителей села Кузнецы, многие женщины остались вдовами. Когда отец топил баню, он говорил заранее женщинам: «Если видите дымок идёт из трубы, зна­чит, приходите и мойтесь, чтоб мне вас лишний раз не беспокоить». А когда папанька бригадиром в кол­хозе был, то помогал жителям и зерном, и мукой, и сеном. Говорил: бери столько сена, сколько за один раз можешь унести. И люди приходили, брали».

В семье у Татьяны и Ивана Лысенко было пятеро детей: в 1941-м родилась Евдокия, в 1947-м — Иван, в 1949-м — Василий, в 1954-м — Раиса, в 1956-м — Ека­терина. Пятеро детей и две трагедии. Василий утонул в озере в возрасте 23 лет, Иван умер в 60 от тяжёлой болезни — рака лёгких. Супругу Татьяну Григорьевну Лысенко похоронил в 1987-м.

Много лет Иван Никифорович жил со сво­ей младшей дочкой в посёлке Красная Гора, на улице, названной его именем. Когда улицу Школьную предло­жили переименовать в улицу Лысенко, у людей стали со­бирать подписи. Против не высказался ни один человек.

Герои Советского Союза Иван Никифорович Лысенко умер 30 декабря 2015.

Наградной лист


Список литературы:

  • Павлов В. Из штрафников в Герои Советского союза/ В. Павлов//Брянская Тема.- 2011.- №9(47). - С.46 – 51
  • Эту дату мы в сердце несем: Сборник., - Брянск: ГУП «Брянс.обл.полигр.объединение», 2008. - 192с.: ил.
  • Земля Брянская/Под редакцией И.В. Поляковой. – 2-е изд., перераб. И доп. – Брянск: ООО «Агентство «Брянск-пресса », 2010. – 256 с.: ил.
  • Брянщина, век XX: Историко-художественное повествование. - Брянск: ЗАО «Издательство «Читай-город», 2003.
  • Герои Советского Союза. Краткий биографический словарь. Том 1. - М.: Воениздат., 1987. Итоговое боевое донесение 674 СП 150 СИД. 29.4.45-02.5.45г. - ЦАМО, ф.1380 (150 СИД), оп.1, д.56, лл. 123-124.
  • Клинчане в Великой Отечественной Войне 1941- 1945 годов. - Брянск, 1968.
  • Козлов В. «Он штурмовал рейхстаг»// Труд.-1985.
  • Наградной лист-представление к званию ГСС.- ЦАМО, ф.ЗЗ, оп.793756, д.28, л.250.
  • Они отличились в бою//ЦАМО, ф.1380 (150 СИД), оп.1, д.157, л.40: Дивизионная газета «Воин Родины», 1945, 3 мая, №61.
  • Шестакова Н.М. «Герой войны во всем герой»// Ударник.-1992.-№16.
  • www.edinoros.ru
  • www.mirnagrad.ru
  • www.warherors.ru
  • www.wikipedia.ru